Золотное шитье домонгольской Руси.

 

Золотное шитье домонгольской Руси.

Е. Ю. Катасонова



В средние века шитье золотными нитями было рас-
пространено по всей Европе. Не была исключением
и Древняя Русь. Золотым шитьем украшали празд-
ничные одежды, обувь, конский и ратный убор, ткани
в интерьерах культовых и светских зданий. С X века,
после официального принятия христианства, на Руси
распространяется и сюжетное, так называемое лицевое
шитье. Русские князья строят храмы, украшают их
на свои средства росписями, иконами, книгами, не-
обходимой церковной утварью, в том числе тканями
и вышивками.
К сожалению, специфика самого материала, его
недолговечность и сравнительная непрочность не
позволяют нам судить обо всем богатстве предме-
тов древнейшего периода истории русского шитья.
Памятников шитья X–XIII вв. сохранилось очень
немного, большинство из них археологического про-
исхождения. Как правило, это фрагменты одежд,
головных уборов и обуви, найденные при раскопках.
Несмотря на скудость вещественного материала,
мы можем судить о былом великолепии предметов
художественного шитья по косвенным источникам:
по письменным свидетельствам и сохранившимся
фресковым и миниатюрным изображениям.
1. Свидетельства письменных источников
Первые упоминания о предметах золотого шитья
и драгоценных тканях на Руси относятся к IX веку.
«Паволоки»1 и другие роскошные узорные ткани по-
падали на Русь в качестве даров, военной добычи,
выкупов, при этом Византия всегда старалась ограни-
чить их покупку русскими купцами: в договоре 945 г.
отмечено, что «входя же Русь …не имэют власти
купити паволокъ лише по пятидесятъ золотникъ»,
т. е. только на определенную сумму2. Рассказывая
о военных походах князя Олега, «повесившего щит
свой на вратах Царьграда», автор «Повести вре-
менных лет» под 907 г. сообщает: «И пришел Олег
в Киев, неся золото, и паволоки, и плоды, и вино, и
всякое узорочье». Его преемник Игорь, также со-
вершавший военные походы в Византию, в 941 г.
«…взяв у греков золото и паволоки на всех воинов,
возвратился назад и пришел к Киеву восвояси.» По
его смерти супруга Игоря Ольга приняла крещение в
Царьграде. Император Константин «…дал ей дары
многие: золото и серебро, и паволоки, и сосуды раз-
личные». Примечательно, что в летописи «паволоки»
упоминаются наряду с золотом, что говорит об их
особой ценности. В той же «Повести временных лет»
под 971 г. помещен любопытный в этом смысле рас-
сказ: во время продолжительной осады Царьграда к
князю Святославу пришли греческие послы, принеся
ему в качестве даров «злато и паволоки». Князь же
остался равнодушен и, не взглянув, повелел спрятать
их. Когда же принесли ему оружие, Святослав взял
его и начал хвалить, выражая любовь и благодар-
ность императору. И решили греки: «Лют будет сей
муж, ибо богатством пренебрегает, а оружие берет».
После этого был заключен мирный договор с греками,
и они обязались платить дань Руси. В этом рассказе
«паволоки», наряду с золотом, выступают как символ
богатств, сокровищ. Другой Святослав, в 1075 г. де-
монстрируя свои сокровища перед немецкими послами,
показывал им наряду с «бещисленнымъ множествомъ
злата и сребла» также и «паволоки»3.
Теми же путями попадали на Русь и драгоценные
вышивки. Летописные свидетельства о распростра-
нении шитья на Руси встречаются с XI века. Оно
даже вывозилось за ее пределы: в описях афонского
монастыря Ксилургу 1143 года упоминаются русские
вклады: «Епитрахиль золотой русский один, ручник
Богородице русский с золотымъ бортомъ, съ крестомъ
кругомъ и двумя птицами; а иные два ручника подь
пурпуръ, одинъ для подвешивания съ изображениями,
а иные древние русские»4.
К сожалению, время не сохранило документальных
свидетельств об устройстве золотошвейных мастер-
ских на Руси, относящихся к древнейшему периоду.
Летописи донесли до нас лишь упоминания об их
существовании, а также несколько имен особ вели-
кокняжеского рода, занимавшихся вышивкой. Так,
например, известно, что сестра Владимира Мономаха
Анна Всеволодовна (Янка), первая монахиня из
русских княжон, постригшаяся в созданном ее отцом
Андреевском монастыре, в 1086 г. открыла там школу,
где молодые девушки обучались вышивке золотом и
серебром5. В начале XIII века другая княгиня Анна
Всеволодовна, супруга киевского князя Рюрика
Ростиславовича, вышивала и для собственной семьи,
и для украшения храмов: «Сама прилежала трудамъ
и рукоделиемъ швениямъ золотомь и сребромь,
яко для себя и своих детей, пачеже для монастыря
Выдубицкого»6.
На Руси мастерские художественного шитья суще-
ствовали как в монастырях, так и при дворах великих
и удельных князей. Известно, что воздвигая и благо-
украшая храмы и монастыри, русские князья снабжали
их всем необходимым для богослужения, в том числе
Катасонова Елена Юрьевна — выпускница филологического факультета Санкт-Петербургского Государственного
Университета, с 1999 г. руководит Золотошвейной мастерской «Убрус» и Школой церковной вышивки и золотого
шитья при Успенском подворье Оптиной пустыни. Статья написана на основе лекций, читающихся студентам
Школы на втором году обучения.
25 Е. Ю. Катасонова. Золотное шитье домонгольской Руси
и так называемой «шитой утварью»: покровцами,
завесами, индитиями и прочим. При строительстве
в 1037 г. Киевской Софии князь Ярослав Мудрый,
как говорит летопись, «украси ю всякою красотою,
золотом и камением многоценным и паволоками».
В 1231 г. ростовский епископ Кирилл «украси святую
церковь святыя Богородицы, иконами многоценьнами,
ихже несть мощи и сказати и с предполы рекше пелены,
причини же и кивота 2 многоценна, и индитю много-
ценну доспе, на святей тряпезе, ссуди ж и рипидьи,
ино множество всяких узорочей…»7. В летописи под
1288 г. перечисляются вложенные великим князем
Владимиром Васильевичем в разные храмы «завэсы
золотомъ шиты» (во Владимире), «платцы оксамитны
шиты золотомъ и женчугомъ» (в Любомиле) и «ин-
дитья золотом шита вся»8.
Золотое шитье употреблялось не только для
украшения церковных предметов, но и служило
своеобразным знаком принадлежности к высшему
сословию: в 1216 г. перед Липовецкой битвой князь
Ярослав Всеволодович говорил своей дружине: «Если
и золотом будет шито оплечье — убей!»9. Галицкий
князь Даниил Романович носил «сапози зеленого хьза
(кожи) шити золотомъ»10. Естественно предположить,
что все эти предметы изготавливались в светлицах
великокняжеских теремов, под руководством хозяек
дома, что мы можем наблюдать и в последующие
периоды русской истории, по которым сохранилось
гораздо больше материалов. По примеру великих кня-
гинь подобные мастерские создавали у себя и другие
представительницы феодальной знати.
Большая часть летописных упоминаний о пред-
метах шитья связана с их утратой. Во время пожаров,
междоусобных войн, грабежей и вражеских наше-
ствий безвозвратно исчезло драгоценное наследие
Киевской Руси. Гибли в кровопролитных междоу-
собных распрях русские князья, горели города и села.
Во время разорения Путивля Изяславом в 1046 г.
были уничтожены «индитьбэ» и «платы служебные,
а все шито золотом»11. В 1202 г. во время борьбы за
Киевский стол между Рюриком Ростиславовичем и
Романом Мстиславовичем Галицким «свершилось
великое зло… не только один Подол захватили, но
и митрополию святую Софию разграбили, и святую
Богородицу Десятинную, и все монастыри, и оклады
с икон сдирали, …и дорогие одеяния первых князей,
которые висели в церквах на память о них — и то все
забрали». Это летописное свидетельство интересно
еще и тем, что в нем зафиксирован древний византий-
ский обычай, нашедший отражение и на Руси: в храмах
находилось много светской одежды, пожертвованной
«на память о собе» князьями.
Возможно, именно о таких памятных вкладах
идет речь в Ипатьевской летописи, где под 1183 г.
сообщается о большом пожаре во Владимире. Сгорел
почти весь город, 32 церкви, в том числе только что
выстроенная Андреем Боголюбским соборная церковь
Успения «Златоверхая»12 с множеством находившихся
в ее ризнице «узорочий». О количестве погибшего
шитья летописец говорит: «бещисла». Сгорело «бе-
щисла порт шитых золотомъ и жемчугомъ яже вэшали
на праздникъ в двэ верви отъ Золотыхъ воротъ до
Богородицэ, а отъ Богородицэ до Владычныхъ сэней
во двэ же верви чюдныхъ»13. По мнению некоторых
исследователей (В. Т. Георгиевский, М. А. Новицкая),
имеются в виду Золотые ворота во Владимире, находя-
щиеся более чем в километре от Успенской церкви. Под
Владычными же сенями подразумеваются несохра-
нившиеся покои епископа, находившиеся, возможно,
рядом с храмом14. Более правдоподобной представля-
ется версия Н. Н. Воронина, предположившего, что в
летописи имеются в виду северные «златые врата» и
южные врата храма, а под «владычной сенью» подраз-
умевается епископское место: «…во время праздника
Успения открывались южные и северные «златые
врата» соборных порталов и между ними на двух «вер-
вях чюдных» развешивались драгоценные облачения
и ткани соборной ризницы. По этому «коридору»,
выходившему и наружу храма, среди колеблемых ве-
тром цветных тканей шел на поклонение иконе поток
богомольцев»15.
Пожары в средневековой деревянной Руси были
частым явлением, опустошительными были и посто-
янные междоусобицы, но ничто не может сравниться
с теми бедствиями, которые постигли Русь в годы
монголо-татарского ига. «В тот год (1223), — сооб-
щает летописец, — пришли народы, о которых никто
не знает точно — кто они и откуда пришли, и каков
язык их, и что за вера их, и какого племени. А зовут
их татарами, а другие называют тауменами, а третьи
— печенегами»16. Монголо-татарское нашествие при-
несло Руси неисчислимые бедствия. Были сожжены,
разрушены и разграблены почти все крупные города.
Прекратилось каменное строительство,пришли в упа-
док ремесла, летописание и культурная жизнь страны.
Во время погромов 1237–1240 гг. было сожжено или
разграблено татарами огромное количество храмов.
При взятии Киева татарами в 1240 г. летопись от-
мечает: «того же лета взяша Киев татарове и святую
Софью разграбиша, и монастыри все и иконы и кресты
честныя и вся узорочья церковная взяша…». Киев
так и не смог оправиться после разгрома. Александр
Невский, получив ярлык на Киевское княжение, не
поехал туда и даже не послал своего наместника. Во
второй половине XIII века в Киеве не было русских
князей, им управляли татарские баскаки. На полное
разорение «матери русских городов» указывает и пере-
мещение митрополичьего стола из Киева во Владимир
Залесский. «Около 1300 года, — рассказывает лето-
писец,— митрополит Максим, не стерпя татарского
насилия, переселился во Владимир со всем житьем.
Тогда же и Киев весь разбежался»17. Неудивительно,
что до наших дней не дошли памятники шитья Киев-
ского периода. Они просто не могли сохраниться в силу
объективных причин.
«Летописи рисуют картину непрерывных та-
тарских «ратей» в течение всей последней четверти
XIII в. За 20–25 лет татары 14 раз предпринимали
значительные походы на Северо-Восточную Русь…
Владимирские и Суздальские земли опустошались та-
Лекции по истории шитья 26
тарами за это время пять раз… Сильно пострадали от
многочисленных татарских походов второй половины
XIII в. русские города Владимир, Суздаль, Юрьев,
Переяславль, Коломна, Москва, Можайск, Дмитров,
Тверь, Рязань, Курск, Муром, Торжок, Бежецк,
Вологда»18. В 1281 г. сын Александра Невского
Андрей, борясь за великокняжеский стол с братом
Дмитрием, привел на Русь татарские полки, и «…та-
тары опустошили города и волости, села и погосты,
монастыри и церкви разграбили — иконы, и кресты,
и сосуды священные, и пелены, и книги, и всякие со-
кровища разграбили. Также и возле Ростова, и около
Торжка, и около Твери все опустошили до самого
Торжка…»19. Внутренние области северо-восточной
Руси подвергались разорению не только во время усо-
бицы между сыновьями Александра Невского, но и
позже, в первой четверти XIV века, во время борьбы
Москвы с Тверью.
Кроме письменных источников, упоминающих
предметы шитья и драгоценные ткани, мы можем
получить некоторое представление о них и по сохра-
нившимся живописным изображениям.
2. Живописные изображения
Портреты великих князей и их семей в сохранив-
шихся монументальных росписях и книжных миниа-
тюрах дают представление об украшениях княжеских
парадных одежд: они сшиты из драгоценных тканей,
а оплечья, подолы, опястья и пояса богато расши-
ты золотом, жемчугом и драгоценными камнями.
Портрет князя Ярослава Изяславовича можно видеть
в Псалтири Егберта20.
На фресках Софии Киевской, построенной в
1037 г. Ярославом Мудрым, сохранилась ктиторская
композиция, изображающая семью великого князя
(рис. 1)21.Близкую аналогию одеждам княжеской се-
мьи на фреске находим в описи женского захоронения,
обнаруженного около фундамента церкви св. Михаила
в Чернигове (XII в.). В описи говорится, что на груди
были «остатки шелковой ткани, затканной золотом,
украшенной узким позументом с украшениями из
мелких металлических бляшек, в некоторые из них
вставлены зеленые и желтые стеклышки». Подол тоже
был украшен бляшками: «…металлические бляшки
имеют форму крестов, сердечек со вставками желтого и
зеленого стекла, кружочков, квадратиков, треугольни-
ков, полукругов со вставками и без вставок маленьких
выпуклых сердоликов». При просеивании земли были
найдены две жемчужины. В тайнике Десятинной
церкви также были обнаружены фрагменты ткани с
нашитыми на нее бляшками и жемчугом22.
На фреске XII в. в Спасо-Нередицкой церкви
под Новгородом сохранилось изображение князя
Ярослава Новгородского (рис. 2). Его плащ (корзно)
из драгоценной ткани с крупным узором обшит по
краю золотой тесьмой.
1. Фреска с изображением семьи Ярослава Мудрого в Софии Киевской. 1037 г.
27 Е. Ю. Катасонова. Золотное шитье домонгольской Руси
Но, конечно, самым интересным для нас источ-
ником являются фрагменты древнего шитья, до сих
пор находимые при раскопках. На сегодняшний день
именно они позволили довольно точно восстановить
технические особенности золотного шитья домонголь-
ского периода.
3. Вещественные памятники
Кроме вышеупомянутых косвенных источников,
имеется и некоторое количество дошедших до нашего
времени фрагментов шитья, относящихся к древнему
периоду истории вышивки на Руси. За исключением
нескольких сохранившихся памятников церковно-
го лицевого шитья, это по большей части образцы
орнаментальных вышивок, украшавших женскую
парадную одежду. Обстоятельство это обусловлено
тем, что большинство находок археологов сделано в
местах захоронений (плюс несколько раннесредне-
вековых кладов). Не всегда понятно, с какой части
одежды происходят сохранившиеся фрагменты шитья.
В отчетах археологических экспедиций упоминаются
воротники, пояса, ленты, начельники, каймы различ-
ных одежд, приполы, обшлага, нагрудные украшения.
Композиция орнамента всегда связана с формой и раз-
мером той части одежды, где расположена вышивка.
Особенная ценность сохранившихся образцов прямо
пропорциональна их малому количеству. Часто первые
исследователи не отличали шитый узор от тканого, и
во множестве источников древнейшие образцы шитья
названы то парчой, то позументом, то златотканой
тесьмой или тканью23.
Значительное число домонгольских вышивок, из-
вестных на сегодняшний момент, хранится в фондах
ГИМа. Это ткани археологического происхождения
из Киевских, Черниговских, Владимиро-Суздальских,
Рязанских, Смоленских и Новгородских земель. На
51 из 80 фрагментов коллекции обнаружены следы
древнего шитья. Кроме собрания ГИМ, фрагменты
древнейших вышивок хранятся также в Эрмитаже,
музеях Киева, Чернигова, Львова, Херсонеса, Нов-
города и других городов.
Из более чем 50 предметов, найденных на Укра-
ине, две трети происходят из Киева и окрестностей,
и только одна треть из других областей24. В самом
Киеве найдены фрагменты 20 вышивок. Они проис-
ходят из клада в Михайловском монастыре, из тайника
Десятинной церкви, где погибли киевляне во время
Батыева нашествия 1237 г., и из захоронений около
Десятинной церкви и в Софийском соборе.
Довольно широко распространено мнение о том,
что золотное шитье было развито исключительно среди
высших слоев феодального общества. Тем не менее,
образцы древних вышивок встречаются и в захороне-
ниях сельского населения, особенно женских. «Из 53
образцов шелка со следами золотного шитья только
16 фрагментов происходят из кладов и княжеских
погребений Киева, Чернигова, Смоленска и Старой
Рязани, остальные же 37 вышивок обнаружены в
деревенских курганах различных областей Восточной
Европы. Последние несомненно были созданы самими
крестьянами. Они поражают тонкостью исполнения,
разнообразием мотивов, лаконичностью и изяществом
рисунка.»25. Шелковые ткани в силу своей дорого-
визны применялись сельским населением только для
отделки праздничного костюма. Золотной вышивкой
по шелку украшались оплечья, воротники, обшлага,
очелья и др. части одежды. Чаще всего использовались
византийские и восточные гладкие ткани преимуще-
ственно красного цвета (в настоящее время вследствие
долгого пребывания в земле они приобрели бурый
оттенок). Из Византии привозили не только ткани,
но и шелковые, а также золотные нити. Известно,
что в Византии и Испании применялись золотные
нити, спряденные на шелковую основу, а на Востоке
в качестве основы использовалась льняная нить, хуже
сохраняющаяся в земле26.
Что касается техники шитья, то она детально
исследована и подробно описана М. А. Новицкой.
Большинство сохранившихся вышивок выполнены
в технике шитья «в прокол», или «на проем». «Ее
особенность заключается в том, что металлическая
нить как пряденая, так и волоченая прошивается на-
сквозь через ткань. На лицевой стороне получается
стежок длиною около 7 мм, а на изнанке — почти
равный ширине нитки. На лицевой стороне новый
ряд ложится плотно, один к другому, причем каждый
стежок начинается на средине предыдущего. Таким
образом, получаются сплошные, как бы кованные
2. Ктиторская композиция с изображением князя Ярослава
Новгородского. Церковь Спаса на Нередице, Новгород. XII в.
Лекции по истории шитья 28
поверхности (рис. 3). Эффект металлического блеска
и игра цвета усиливались различным направлением
стежков вышивки: мастерица располагала их то па-
раллельными рядами, то по кривой, согласно изгибам
рисунка — «шов по форме»; для стеблей и узких
полосок часто употреблялся шов «в елочку» (рис. 4).
Обогащение цветовых сочетаний достигалось тем,
что художница то зашивала сплошь все детали узора,
то оставляла невышитой средину орнаментальных
мотивов»27. Недостатком этой техники является то,
что золотную нить трудно продергивать сквозь ткань,
не повредив. Возможно, сначала делали в ткани не-
большое отверстие с помощью тонких проколок, вроде
тех, которые были обнаружены при раскопках Черной
могилы (бронзовая и костяная)28.
Орнаменты, встречающиеся на ранних вышивках,
являются характерными для своей эпохи и находят
аналогии в других видах декоративно-прикладного ис-
кусства: в резьбе по кости и дереву, в каменных релье-
фах и металлической пластике, в книжной миниатюре.
По словам Ж. Эванса, окунаясь в стихию орнамента,
можно «получать острое впечатление от времени…»29.
В современной науке изучению орнамента уделено
довольно большое внимание. М. А. Орлова называет
его «почерком эпохи», «формульно сжатым, наи-
более точным и отчетливым выражением того или
иного стиля»30. Вопросы аналогий и стилистического
единства орнамента рассматриваемой эпохи так или
иначе затрагиваются в большинстве посвященных ран-
нему шитью статей, и мы не будем их здесь касаться.
Отметим лишь, что ближайшей аналогией и, скорее
всего, источником мотивов орнаментации древних
вышивок служил наиболее близкий материал — тек-
стиль: шелковые узорные ткани и тесьма. Последняя
довольно часто встречается среди находок археоло-
гов 31. Такой тесьмой-лентами, как шелковыми, так и
золотными, украшали в древности воротники, очелья,
края рукавов — то есть те же детали одежды, что и
вышивкой. Значительная часть находок археологов
свидетельствует о том, что украшавшие одежду орна-
менты зачастую состояли из двух частей: узкая полоса
более простого узора окаймляла основную вышитую
часть воротника или другой части одежды. На рис. 4,
6д, 14 мы видим основную вышивку, окаймленную
золотной тесьмой, а на рис. 6б, ж, з, 7и, к, 8а обе части
орнамента являются вышитыми.
В шитье X–XIII веков мы встречаем различные
виды геометрического, растительного и зооморфного
орнамента или их различные комбинации. При этом
композиция вышитого орнамента всегда имеет четкий
и ясный ритм.
Самым распространенным является геометриче-
ский орнамент. Шитые золотом украшения в виде кру-
гов встречаем на вышивках из городища Райки близ
Бердичева32, в шитье из тайника Десятинной церкви33,
на фрагментах воротников из кургана у д. Караш
Ярославской области (рис. 5б) и из женских захоро-
нений Псковской обл.34 Орнамент найденного близ
д. Хрепле Новгородской области фрагмента воротника
(XII в.) из красного шелка также состоял из кружков,
сплошь зашитых золотом (рис. 5а). В настоящее время
шитье сохранилось лишь фрагментарно. Встречаются
также орнаменты, состоящие из треугольников, колец,
розеток, крестов и гаммат.
В женском погребении под Успенским собором
Московского Кремля было обнаружено несколько
фрагментов богатого головного убора, состоявшего
из двух вышитых лент зеленого и красного цветов.
Верхняя лента шириной 3 см обрамлена сверху геоме-
трическим ступенчатым узором, орнамент центральной
части образуют сплошь зашитые золотом круги, раз-
деленные древовидными мотивами с закругляющимися
вниз завитками. Эта часть орнамента по структуре
напоминает вышивку воротника конца XII–начала
XIII в. из кургана у д. Маклаково Рязанской обл.
(рис. 5в) и «древа жизни» михальского воротника
(рис. 9а). Орнамент нижней ленты также двух-
частный: круги с чередующимися изображениями
лунниц и геометрических мотивов, снизу — полоса из
сдвоенных уголков. В центре очелье было украшено
диадемой35 и расшито мелким жемчугом.
Частый мотив — всевозможные плетенки, являю-
щиеся разновидностью геометрического орнамента, но
они могут содержать в себе и растительные элементы:
стилизованные листья, побеги, крины, а также соче-
таться с зооморфными мотивами. Плетенкой был укра-
шен воротник погребальной одежды из д. Васильки
Владимирской обл. (рис. 6а), датируемый XI–XII в.
Более сложные элементы плетения в сочетании с кри-
новидными завершениями, вписанные в арки, видим
на вышитом воротнике XII в. из Ивановской обл.
(рис. 6д). Замечательные образцы плетенок пред-
ставлены на вышитом воротнике XI–XII в. из кургана
у д. Караш Ярославской обл. (рис. 6ж) и имеющем
с ним много общего чехле сафьянового кошелька
(кон. XII–нач. XIII в.) из кургана у д. Аниськино
3. Шов «на проем» 4. Шов «елочка». Фрагмент воротника
из кургана у д. Новлянская. XII в.
29 Е. Ю. Катасонова. Золотное шитье домонгольской Руси
5. Образцы орнаментального шитья: а — фрагмент стоячего воротника из захоронения у д. Хрепле Новгородской обл. XII в.; б — фрагмент
стоячего воротника из кургана у д. Караш Ярославской обл. XI–XII вв.; в — фрагмент стоячего воротника из погребения у д. Маклаково
Рязанской обл. Кон. XII–нач. XIII в.; г — фрагмент стоячего воротника из кургана у д. Кубаево Владимирской обл. XI–XII вв.; д — фрагмент
воротника, д. Караш. XI–XII вв.; е — фрагмент шитья, найденный у д. Осиповцы Владимирской обл. XI–XII в.; ж — фрагмент воротника,
д. Маклаково. Кон. XII–нач. XIII в.; з — фрагмент пристяжного воротника из братской могилы в Старой Рязани. Перв. пол. XIII в.;
и — фрагмент одежды из клада кон. XII–нач. XIII в. в Михайловском монастыре, Киев; к — очелье из захоронения под Успенским собором
Московского Кремля, прорисовка и два фрагмента. Вторая пол. XII в.
а)
б)
в)
г)
д)
е)
ж)
з)
и)
к)
Лекции по истории шитья 30
Московской обл. (плетеный орнамент переходит
в звериные морды, рис. 6в), а также на фрагменте
стоячего воротника XII в. из раскопок на городище
Старой Рязани, (рис. 6з).
Стилизованные растительные орнаменты, реже
встречающиеся, состоят из треугольных или серд-
цевидных листочков, кринов и завитков различной
формы. Зачастую трудно бывает четко классифици-
ровать орнамент, так как в большинстве случаев мы
имеем дело с соединением в одном узоре различных
элементов: плетенок, листьев, кринов, кружков, треу-
гольников и др. Одним из распространенных элемен-
тов является стилизованное «древо жизни» — мотив,
идущий из глубокой древности. Его можно видеть
на вышивке XI–XII в. из Шаргорода36, а также в
шитье XII–XIII в. из нижегородского Чуркинского
могильника37.
Стилизованный растительный орнамент украшает
женскую головную повязку, найденную во время рас-
копок 1941 года в Старом Галиче, где около саркофага
Осмомысла было открыто захоронение молодой
женщины XII века. Узор вышивки образован плавно
извивающимся стеблем, вверх и вниз от которого от-
ходят парные симметричные завитки (рис. 7е). Почти
6. Образцы орнаментального шитья: а — фрагмент воротника из погребения у д. Васильки Владимирской обл. XI–XII вв.; б — фрагмент
воротника из гробницы у церкви Иоанна Богослова, Смоленск. Кон. XII—нач. XIII в.; в — чехол сафьянового кошелька из кургана у
д. Аниськино Московской обл. Кон. XII—нач. XIII в.; г — фрагмент нагрудной вышивки из Белгорода. XI–XII вв.; д — фрагмент воротника
из захоронения у д. Антоново Ивановской обл. XII в.; е — фрагмент шитья из с. Ромашки под Киевом. XII в.; ж — фрагмент воротника из
кургана у д. Караш Ярославской обл. XI–XII вв.; з — фрагмент стоячего воротника из Старой Рязани. XII в.
а)
б)
в)
г)
д)
е)
ж)
з)
31 Е. Ю. Катасонова. Золотное шитье домонгольской Руси
такой же орнамент видим на другой головной повязке,
найденной в кладе Михайловского монастыря в Киеве
(рис. 7ж) и украшенной еще металическими бляшками
и мелким жемчугом.
На двух фрагментах из тайника Десятинной церк-
ви (рис. 7а, б) видим композиции из растительных мо-
тивов с характерными для той эпохи завитками. XIII в.
датируются подобные орнаменты, происходящие из
захоронения под Успенским собором Московского
Кремля (рис. 7з) и из некрополя на Северном городи-
ще Старой Рязани38. Один из них представляет собой
непрерывно извивающийся стебель с отходящими от
него красиво круглящимися завитками (Кремлевское
погребение). Орнамент вышивок из курганных за-
хоронений у д. Кубаево Владимирской обл. (рис. 7в)
и д. Кирьяново Ярославской обл. (рис. 7г) состоит
из завитков в форме латинской буквы S, располо-
женных попарно и дополненных другими мелкими
элементами. Эти орнаменты могут быть трактованы и
как геометрические, и как сильно стилизованные рас-
тительные. Использующий те же элементы орнамент
очелья XI в. из Троицкого кургана на Болдиной горе
Черниговской обл. (вертикальные эсовидные завитки,
вписанные в прямоугольники, дополнены снизу рядом
небольших колец) скорее может быть назван геоме-
трическим (рис. 7д)39.
Из Нижегородской области происходит вышив-
ка, состоящая из замкнутых растительных завитков
и широкой полосы, идущей по краю воротника.
М. В. Фехнер датирует эту вышивку, исполненную
«на проем» по тонкому шелку, XII веком (рис. 7и)40.
Для крепости под нее подложен кусок бересты.
Фрагменты вышивки из с. Ромашки Киевской
области41 представляют собой образующие сетку
ромбы, в которые вписаны крины (рис. 6е). Эта вы-
шивка оформляла широкую поверхность, а не узкую
полоску, к тому же под нее подложен кусок бересты,
из чего можно заключить, что она была нагрудным
украшением. Она имеет общие элементы с фрагментом
воротника, найденного в гробнице XII–начала XIII в.
в церкви Иоанна Богослова в Смоленске (рис. 6б)42,
узор которой состоит из ромбов с вписанными в них
кринами. Такие же вписанные в сетку крины украшают
вышивку из Старой Рязани43.
7. Образцы орнаментального шитья: а, б — фрагменты вышивок из тайника Десятинной церкви, Киев; в — вышивка из курганного
захоронения близ д. Кубаево Владимирской обл.; г — фрагмент воротника из кургана у д. Кирьяново Ярославской обл. XI в.; д — фрагмент
очелья из детского захоронения на Болдиной горе, Черниговская обл. XI в.; е — фрагмент очелья из Старого Галича. XII в.; ж — головная
повязка из клада в Михайловском монастыре, Киев.; з — фрагмент шитья из погребения под Успенским собором Московского Кремля.
XIII в.; и — фрагмент стоячего воротника из Нижегородской обл. XII в.; к — фрагмент стоячего воротника из кургана у д. Шелебово
Владимирской обл. XI в.
а) б)
в)
г)
д)
е)
ж)
з)
и)
к)
Лекции по истории шитья 32
Часто орнаментальные вышивки близки по по-
строению и рисунку привозным шелковым тканям.
Так, узор вышитого воротника из кургана у д. Кубаево
(рис. 10) и вышивка из Ст. Быково Владимирской
обл.44, состоящие из сердцевидных фигур, практи-
чески совпадают по рисунку с византийской тканью
XII в. из Кестнер-музея в Ганновере45. Этот орнамент
имеет общие черты с узором найденных в погребении
новгородского Софийского собора опястья (рис. 8) и
пояса князя Владимира (1020–1052 гг.), старшего
сына Ярослава Мудрого. Хранящееся в Новгородском
музее опястье (обшлаг рукава) украшено хорошо
сохранившейся вышивкой по выцветшей красной
шелковой ткани. Некоторые исследователи трактуют
ее орнамент как «древо жизни»46. Интересно от-
метить, что эта вышивка повторяет рисунок узорной
византийской ткани, из которой был сшит пояс князя.
Некоторую аналогию ему можно увидеть на воротни-
ках из захоронений у д. Маклаково Рязанской обл.47
и с. Михали близ Суздаля. Последний сохранил лишь
контуры двух «древ»48.
Стилизованные «древа жизни» вписаны и в ор-
намент другой части того же стоячего воротника из
с. Михали (рис. 9а)49. Подобный мотив использован
в вышивке XI–XII вв. из Деревяницкого могиль-
ника близ Новгорода, состоящей из вписанных в
круги чередующихся «древ» и птиц (рис. 9д). Они
шиты «на проем» некручеными шелковыми нитями
по коричневой шелковой ткани. Это фрагменты сто-
ячего воротника50. Идентичные изображения птиц и
растительные мотивы, вписанные в круги, вышиты
на очелье XII в. из кургана у д. Асеево Московской
области (рис. 9в)51.
Изображения птиц являются элементами зоо-
морфного орнамента. Птицы изображены на вышивке
XI–XII в. из Шаргорода (рис. 9б), выполненной
канителью52. Орнамент складывается из ромбов, в ко-
торые вписаны различные розетки и птицы. Похожие
8. Опястье из погребения князя Владимира Ярославовича в Софии Новгородской. XI в.
9. Образца орнаментального шитья: а — фрагмент стоячего воротника из кургана у с. Михали близ Суздаля; б — фрагмент вышивки из
Шаргорода. XI–XII в.; в — фрагмент очелья из кургана у д. Асеево Московской обл. XII в.; г — фрагмент воротника из Ивановской обл.
XII в.; д — стоячий воротник из Деревяницкого могильника под Новгородом. XI–XII в.
а) б)
в) г)
д)
33 Е. Ю. Катасонова. Золотное шитье домонгольской Руси
изображения птиц встречаются также на воротнике
XI–XII веков из д. Лисно Витебской области53, в
вышивке XII в. из Владимира54, на вышитых очельях
XII в. из деревень Асеево Московской области и
Коханы Смоленской области55, на тесьме из Старой
Рязани, где птицы расположены по сторонам священ-
ного древа56. Сохранились также сведения о находке
на территории Полтавской области стоячего воротника
с изображениями птиц в арках57.
Прекрасная вышивка XII в. на воротнике, най-
денном в Ивановской области, представляет собой
вписанные в круглые медальоны профильные изобра-
жения птиц, разделенные изящными растительными
мотивами (рис. 9г)58. Эта вышивка имеет много общего
с вышеупомянутыми фрагментами из Новгорода и
Асеево (рис. 9д-е, в). Изображения птиц были очень
распространенным мотивов орнамента XI–XII вв.
Аналогии из других видов прикладного искусства
приведены во многих источниках59.
Гепарды изображены на прямоугольном нагрудном
украшении, аналогичном тому, которое можно видеть
на мозаичном портрете императрицы Ирины начала
XII в. в южной галерее Константинопольской Софии.
Эта вышивка была обнаружена В. В. Хвойко во время
раскопок захоронения молодой женщины в Белгороде
(рис. 6г). От нее сохранились два целых (7,3Ч8 см) и
два фрагментарных изображения гепардов, туловища
которых переходят в плетеный орнамент60. «Гепарды
являются составной частью сложной плетенки, найден-
ной в одном из погребений XI–XII вв. в Белгороде
на груди покойника. Напряженно поднявшись по обе
стороны вырастающего из плетенки крина, они при-
дают всей композиции геральдический облик»61.
В 30-х гг. XIX в. в княжеских гробницах рязанско-
го Борисоглебского собора были найдены фрагменты
шелковых тканей, на которых «золотом изображены
драконы,страусы, крокодилы, грифы и др.»62
Неизвестно назначение фрагментов вышивки
из Ми хайловского клада (рис. 5и), изданных
М. Ф. Беляшевским. Их крупные орнаментальные мо-
тивы высотой 9–10 см из стилизованных спиралевид-
ных отростков и арок не имеют аналогий. Как видно на
примере приведенных выше образцов, арка как один
из приемов ритмического деления орнамента встре-
чается довольно часто (рис. 7к). Другой сохранив-
шийся фрагмент из Михайловского клада, возможно,
был частью «ценного оплечья — от него сохранился
кусочек воротника…»63, обшитого по краям золоты-
ми полукруглыми дробницами и мелким жемчугом.
Л. И. Якунина считала, что от XII в. до нас не дошли
образцы жемчужного шитья64. Современные методы
исследования позволяют выявить следы жемчужного
шитья даже при его полной утрате. Кроме фрагментов
шитья из Михайловского клада, жемчуг употреблялся
для украшения очелья из Иворово (см. ниже), вы-
шеупомянутого очелья из раскопок Успенского собора
Московского Кремля и др. вышивок.
Единство орнаментального стиля, общность тех-
нических приемов шитья характерны для разных худо-
жественных центров древней Руси: Киева, Чернигова,
Львова, Владимира на Клязьме, Новгорода, Рязани,
Нижнего Новгорода и других городов.
Кроме техники шитья «на проем», встречается
и шитье «в прикреп»: металлическая нить наклады-
вается на ткань и прикрепляется к ней маленькими
стежками шелковой нити, проходящей насквозь через
ткань. Переход к этому более простому и удобному
приему вышивки золотными нитями происходит в
конце XII–начале XIII в. В этой технике исполнена
датированная X–XII вв. вышивка из с. Жежавы65,
состоявшая из образованных широкими орнаментиро-
ванными лентами ромбов, по краям которых помещены
розетки (рис. 11).
XII веком датируется имеющая наиболее сложную
композицию вышивка из Херсонеса66, которая, воз-
можно, украшала припол (подол) одежды (рис. 13).
Интересно отметить, что по ширине (ок. 20 см) она
приближается к приполам одежды семьи Ярослава
на фреске Софии Киевской. Это обрамленная сверху
и снизу узкой каймой полоса, заполненная сложным
плетеным орнаментом. На верхней и нижней каймах
растительные мотивы и петли повернуты в одну сто-
рону, что подтверждает горизонтальное расположе-
ние вышивки. Эта вышивка, как и жежавская, шита
«в прикреп», причем металлическая нить кладется
не вдоль, а поперек узкой полосы рисунка, все время
разворачиваясь от края к краю, где крепится к ткани
(шов «в лом»).
10. Фрагмент воротника из кургана у д. Кубаево Владимирской обл. XI–XII в. 12. Воротник из Чернигова. XII в.
11. Вышивка из с. Жежавы. X–XII в.
Лекции по истории шитья 34
Киевская Русь была связана с Византией как
военными, так и торговыми и культурными связя-
ми. М. А. Новицкая предполагает, что вышивки из
Жежавы, а особенно из Херсонеса, могли быть при-
везены из Византии. Постепенно, в конце XII–начале
XIII в., техника шитья «в прикреп», более подходящая
для работы с золотной нитью, распространяется одно-
временно в Византии, Западной Европе и на Руси,
вытесняя шитье «на проем». Это свидетельствует не
только о тесных торгово-экономических связях Руси
и Византии, но и о единстве культурных навыков.
Швом «в прикреп» сделана кайма в виде плетенки
на воротнике женской одежды из гробницы конца
XII–начала XIII века у церкви Иоанна Богослова в
Смоленске (рис. 6б). Само же шитье воротника вы-
полнено «на проем». Различные техники применены
также в шитье воротника из Маклаково (рис. 5в):
швом «на проем» исполнены контуры кругов по
плотному красному шелку. Плетенки же и внутреннее
заполнение кругов зашиты «в прикреп». Контуры
орнамента обведены цветным шелком.
Шитьем «в прикреп» исполнена вышивка конца
XII в. на воротнике из женского погребения у д. Ст.
Пушкино Московской обл. (рис. 14).
Инокиня Марионилла Саламатова, занимавша-
яся техникой шитья «на проем», в статье «Шитый
воротничок домонгольского периода из Чернигова и
технические особенности его исполнения»67 описывает
еще один вариант древнего способа шитья «в при-
креп», имитирующий технику шитья «на проем».
При таком способе шитья прикрепная нить, выйдя на
13. Вышивка из Херсонеса. XII в.
14. Фрагмент воротника из кургана у д. Ст. Пушкино
Московской обл. Кон. XII–нач. XIII в.
лицевую сторону и прихватив золотную, уводится в то
же отверстие, из которого вышла (рис. 15а), и золотная
нить утягивается на изнанку (рис. 15б). В следующих
рядах стежки прикрепа располагаются в шахматном
порядке. На лицевой стороне такой шов выглядит так
же, как и шитье «в прокол», отличить их можно только
по изнанке и небольшим уплотнениям по контурам
шитых фрагментов, наблюдаемым в проемном шитье68.
Вопрос о распространенности этого приема в древнем
шитье остается открытым.
Сам же сердцевидный орнамент воротничка
(рис. 12) очень напоминает воротники из курганов
у д. Старое Быково69 и Кубаево Владимирской обл.
(рис. 10).
Интересные аналогии технике шитья «в прикреп»,
имитирующей шов «в прокол», находим в британских
а) б)
15. Имитация шитья «на проем»
16. Фрагмент верхней части обуви еп. Уолтера Кантелупского.
1220–1250 гг.
35 Е. Ю. Катасонова. Золотное шитье домонгольской Руси
вышивках того же периода. Например, несколько
образцов шитья из музея Виктории и Альберта70 в
Лондоне, судя по описанию, составленному Дональ-
дом Кингом, исполнены тем же способом: это дати-
руемый 1160–1190 годами фрагмент шитья (рис. 18)
и часть обуви (1220–1250 гг.) епископа Уолтера
Кантелупского (рис. 16). Оба вышиты позолоченным
серебром швом «в прикреп», имитирующим проемное
шитье и шелком стебельчатым швом. Церковные
одежды конца XIII–начала XIV в. вышиты шелком
«в раскол», «в прикреп» по настилу и тем же имити-
рующим шов «на проем» прикрепом71.
В то же время памятник более раннего времени
из того же музея, орарь св. Кутберта с изображением
Петра-диакона, датируемый 909–916 гг., использует
техники шитья золотом «в прикреп», шелком швами
«в раскол» и стебельчатым (рис. 17)72.
Наряду с орнаментальными сюжетами в древнерус-
ских вышивках рассматриваемого периода изредка
встречаются и лицевые изображения. Так, на фраг-
менте одного из 12 стоячих воротников, найденнных в
Новгородском Деревяницком могильнике, изображе-
ны пять вышитых поясных фигур ангелов, заключен-
ных в полукруглые арки. Сверху и справа расположен
орнамент в виде плетенки (рис. 19а, 20)73. Это мини-
атюрное шитье (высота фрагмента 4,8 см) выполнено
по шелковой коричневой ткани прядеными золотными
и некручеными шелковыми нитями «на проем».
Подобная вышивка была обнаружена в женском
погребении у д. Иворово Тверской обл. На фрагменте
очелья сохранилась часть поясной деисусной ком-
позиции74, шитой цветными шелками и прядеными
золотными нитями (рис. 19б, 20). Высота арок 2,5 см,
фигур — 1,8 см. «Полуфигуры святых в нимбах шиты 17. Орарь св. Кутберта. 909–916 гг.
18. Фрагмент шитья. 1160–1190 гг.
Лекции по истории шитья 36
горизонтальными стежками в шахматном порядке.
Три следующие расшиты вертикальными стежками,
которые расходятся лучеобразно сверху вниз, как бы
изображая ниспадающие складки одежды. Нимбы
шиты кругообразными рядами стежков. Сохранились
следы лицевого шитья шелком по форме лиц и в кон-
турах рук». Шитье выполнено по ярко-малиновой
когда-то ткани двумя типами золотных нитей. Сами
фигуры шиты пряденым позолоченным серебром,
арки — четырьмя скрученными в разные стороны
шнурами из нитей, изготовленных особым образом:
уже готовой пряденой золотной нитью обвита шел-
ковая нить. Арки и контуры нимбов сохранили следы
жемчужного низания. «Резкий контраст плоскостных,
довольно легких по фактуре шитых золотом фигурок
с выступающими над плоскостью ткани рельефными
арочками с жемчужным низанием придавали всей
миниатюрной композиции деисусного
чина особенную строгость и архитек-
тоничность»75.
Очень близкой аналогией к рас-
смотренному очелью является шитая
налобная лента из Карашского кур-
ганного могильника, где поясные
фигуры святых, вписанные в арки,
чередуются с орнаментальными моти-
вами76.
В Историческом музее Киева
хранятся фрагменты стоячего ворот-
ника XII в., украшенного арками с
полуфигурами святых, чередующихся
с изображениями птиц77.
Лицевое шитье украшает также
ленту, найденную в княжеских по-
гребениях в притворе Борисоглебского
собора Старой Рязани. На ней можно
различить погрудное изображение
святого с воздетыми непропорцио-
нально большими руками78.
Аналогичные лицевые изобра-
жения встречаются на златотканых
византийских лентах (о них уже шла
речь выше). Одна из таких лент была
обнаружена в женском погребении
XII в. под Успенским собором Московского Кремля79.
В середине — поясное изображение Богоматери
Оранты, с двух сторон оно окружено фигурами ар-
хангелов в квадратных рамках. Изображения вытканы
шелком на золотном фоне.
Сохранившийся фрагмент золотной тесьмы с
поясной деисусной композицией (рис. 19в) был об-
наружен при раскопках курганов XII–начала XIII
века у д. Маклаково Рязанской обл.80 Несомненно,
захоронение было христианским, а тесьма является
«как бы прототипом более поздних погребальных
венчиков»81, употребляющихся в христианских по-
гребениях до сих пор.
Золотные ленты, привозившиеся из Византии,
были дорогими предметами украшения. Как уже
говорилось выше, их орнаменты часто повторялись в
шитье. «Вероятно, подражать орнаменту драгоценых
а)
б)
в)
19. Образцы лицевого шитья: а — фрагмент воротника из Деревяницкого могильника
близ Новгорода; б — фрагмент очелья из погребения у д. Иворово Тверской обл.; в — злато-
тканая византийская лента из кургана XII–нач. XIII в. у д. Маклаково Рязанской обл.
20. Фрагменты шитья воротника из Деревяниц и очелья из Иворово
37 Е. Ю. Катасонова. Золотное шитье домонгольской Руси
узорных тканей стали одновременно с их появлением
на Руси»82.
В начале 1980-х гг. был раскопан Чингульский
курган конца XII–начала XIII в. на берегу р. Мо-
лочной83. Это было богатейшее погребение знатного
средневекового воина-кочевника. Наиболее интерес-
ны для нас два из шести кафтанов, которые удалось
реконструировать во всех деталях. Погребенный был
облачен в кафтан из плотного червчато-красного шелка
со вставками золотного шитья на синем фоне. Шитьем
украшен весь перед, верхние части рукавов и опяс-
тья. Орнамент представляет собой сетку с золотыми
бляшками в перекрестьях, авнутри ромбов — шитые
золотом кружки с вписанными в них ликами, то ли де-
вическими, то ли ангельскими (рис. 21, 22, 23). Ворот
кафтана и круглая шапочка обложены золочеными
бляшками со вставками из самоцветов. По контуру
узоров идет жемчужная обнизь.
Второй кафтан столь же роскошен, к тому же
он украшен лицевым шитьем: на груди воина был
расположен образ Спаса Нерукотворного. Ткани и
золотные нити константинопольского происхождения.
На втором кафтане имеется славянская надпись, что
дало основания А. К. Елкиной считать его русской ра-
ботой, исполненной при дворе великих русских князей
незадолго до нашествия (рис. 24).
К сожалению, мы не можем включить в наш обзор
великолепнейшие образцы шитья, обнаруженные
в 1999 г. в княжеских захоронениях Новгородской
Софии. Прекрасная сохранность, изысканные орна-
менты и интересные сюжеты этих вышивок после их
публикации, надеемся, составят блестящую страницу
истории шитья домонгольского периода.
Общее число сохранившихся фрагментов золотно-
го шитья, происходящих с одежд светских, довольно
велико. Что касается вещей церковного происхожде-
ния, то в распоряжении исследователя оказываются
всего несколько предметов. Это несколько экспо-
натов Новгородского музея, остатки архиерейского
погребального облачения из Киевской Софии, пелена
из ГИМа.
В 1936 г. во время раскопок в алтарной части Киевской
Софии в одном из митрополичьих захоронений, сде-
ланном до 1280 г., были обнаружены несколько фраг-
ментов золотного шитья, разрозненных и в плохом состо-
янии84. Три из них составляют композицию «Оранта
с ангелами», на пяти других изображены святые. Что
касается орнаментальных мотивов, то из них были
составлены композиции «священного древа» и др.
Софийские вышивки выполнены по коричневой шел-
ковой ткани. Доличное Богоматери, ангелов и святых
шито в основном пряденым золотом с применением
в деталях пряденого серебра. Лики и руки вышиты
светлым некрученым шелком в одном направлении;
21. Рентгенограмма сохранившейся части шитья первого
кафтана из Чингульского кургана. Кон. XII–нач. XIII в.
22. Фрагмент шитья и дорисовка вышивки рукава первого
кафтана из Чингульского кургана. Кон. XII–нач. XIII в.
23. Реконструкция первого
кафтана (А. К. Елкина)
24. Рентгенограмма золотного
шитья второго кафтана
Лекции по истории шитья 38
власы, обувь — темнокоричневым; губы — красным; прорись
на ликах выполнена стебельчатым швом также темнокоричне-
вым шелком. Основные плоскости фигур шиты «на проем»,
детали «в прикреп». Такое соединение техник встречалось
нам в вышеупомянутых предметах светского назначения. Для
ообозначения контуров и складок на одеждах оставлялись не-
зашитыми узкие полоски фона.
В центре композиции — Богоматерь Оранта (справа от
нимба сохранилась сигнатура МР): Она одета в длинную
узкую тунику и спускающийся ниже колен мафорий, согнутые
в локтях руки воздеты вверх. Личное не сохранилось. По сто-
ронам Богоматери — указующие на Нее ангелы с опущенными
крыльями (высота каждого около 10,75 см85). На них золотые
хитоны с серебряными подолами, золотые плащи с серебряным
исподом. Верхние части золотых крыльев зашиты вертикальными
стежками и отделены серебряной полосой от нижних, вышитых
«елочкой» (рис. 25).
Фигуры святых изображены фронтально, правой рукой они
благословляют, а в левой держат Евангелие. Поверх саккосов
на них одеты омофоры. Вся фигура первого святого (высо-
та 12,7 см86) вышита золотом, справа от нимба сохранились
буквы ГIО со значком вверху, которые можно прочесть как
АГIОС. Одежды второго святого вышиты золотом и серебром.
Это единственное изображение, сохранившее шитье лика, ис-
полненное светлым шелком. Судя по сохранившейся надписи,
имеющей славянское, а не греческое окончание, это святитель
Григорий (рис. 26). Трое других святых одеты в подризник,
фелонь, епитрахиль и омофор, что также свидетельствует об
их святительском сане. Одна из фигур шита серебряными и
золотыми нитями, две другие золотом. М. А. Новицкая считает,
что вышивки выполняли разные мастерицы, «…отличающиеся
различной степенью наблюдательности и различным уровнем
золотошвейного мастерства. Это видно также и в различном
выполнении стежков: то мелких и плотно прилегающих один к
другому, то более длинных и редко расставленных»87.
Сохранившиеся фрагменты орнаментального шитья пред-
ставляют собой части растительного орнамента (рис. 27). Уда-
лось восстановить композицию «священного древа», трижды
повторяющуюся на софийских вышивках, и часть другой.
Контуры орнамента обшиты шелком «в прикреп», но они почти
не сохранились.
Предположительно, фигуры святителей, как и растительный
орнамент, были расположены на епитрахили, а композиция с
Богоматерью могла располагаться на оплечье фелони. М. А. Но-
вицкая считает их работой местных киевских мастериц и да-
тирует XII в.88
25. Фрагмент композиции «Оранта с ангелами»
26. Святитель Григорий Богослов.
Фрагмент епитрахили (?)
27. Фрагмент орнаментального шитья из Софии Киевской
39 Е. Ю. Катасонова. Золотное шитье домонгольской Руси
К ранним произведениям Новгородского шитья
относится пелена последней четверти XII в. «Распятие
с предстоящими», предположительно происходящая
из новгородского Юрьева монастыря (рис. 28, 29)89.
На среднике пелены по сторонам распятого Христа
изображены Богоматерь, Иоанн Богослов, Мария
Магдалина и Лонгин-сотник. В верхней части сред-
ника — четыре парящих по сторонам креста ангела с
воздетыми руками. На кайме пелены в одиннадцати
клеймах расположены изображения Спасителя и
Богоматери «Знамение» (на верхней и нижней кайме в
центре), а также апостолов. Первоначально изображе-
ния были шиты по шелковой темной ткани саржевого
переплетения, которая сохранилась в местах утраты
шелкового шитья в личном и под надписями. Позднее,
вероятно, в конце XII–XIII вв., изображения были
переложены на новый фон, при этом часть медальо-
нов была переставлена на другие места (евангелисты
первоначально должны были находиться в углах),
утрачено соотношение средника и кайм. Этот новый
фон представляет собой довольно древнюю византий-
скую90 шелковую ткань с рисунком крупного раппорта:
в круги вписаны изображения крылатых быков, а
между ними помещены львы и леопарды.
Одежды шиты пряденым золотом и серебром «на
проем», складки отмечены шелком. Также несохранив-
шимися шелковыми нитями было вышито личное всех
персонажей. Тело же Спасителя (кроме лика, власов,
кистей рук, ступней) шито золотной нитью «на проем».
Такой необычный способ шитья личного встречается
довольно редко91.
28. Пелена «Распятие с предстоящими». Посл. четверть XII в.
29. Фрагмент пелены «Распятие с предстоящими»
Лекции по истории шитья 40
В Новгородском музее экспонируются так назы-
ваемые поручи преподобного Варлаама Хутынского
(рис. 30, 31)92. На каждом поруче изображен трех-
фигурный Деисис: расположенной в центре ростовой
фигуре Христа предстоят в молении Богоматерь и
Иоанн Предтеча. Подобный вариант Деисиса из-
вестен как по византийским, так и по русским памят-
никам. В. Г. Пуцко на основании общего характера
композиции и трактовки ее деталей не исключает
«вероятности того, что непосредственным образцом
могла послужить заставка иллюминованной визан-
тийской рукописи»93.
Составляющие Деисис фигуры заключены в по-
лукруглые арки, опирающиеся на колонны с прямо-
угольными капителями. Основанием служит полоса
растительного орнамента, состоящего из гирлянды
акантовых листьев. Такая же полоса замыкает компо-
зицию сверху. Два других вырианта стилизованного
растительного орнамента расположены в полукружи-
ях арок и на поддерживающих их колоннах. «Хотя
центральное место в поручах занимает композиция
Деисуса, тем не менее роль растительного орнамента
здесь значительна. В общем художественном реше-
нии вещи ему отводится едва ли не первостепенное
значение. Художником тонко продумано соотно-
шение орнаментальных полос как между собой, так
и с центральной композицией»94.
Интересно отметить, что заключенный в полукру-
жия арок узор практически идентичен орнаментам го-
ловных повязок из Старого Галича и Киева (рис. 7а, б),
что еще раз подтверждает общность орнаментации
светских и церковных вещей, а также орнаменту, иду-
щему по краю ворота так называемой далматики Карла
Великого (византийского саккоса XIV в.).
Шитье выполнено «на проем» тонким пряде-
ным золоченым серебром по синей шелковой ткани.
Складки одежд переданы тонкой графической линией,
обозначенной стежками темного шелка. Золотное
шитье сохранилось не полностью. Личное, шитое теле-
сного цвета шелком, почти целиком утрачено. Контуры
30. Поруч из Хутынского монастыря
изображений обнизаны мел-
ким жемчугом без настила.
Надписи шиты пряденой
золотной нитью кириллицей,
хотя и грецизированной. По
технике шитья поручи ана-
логичны вышеупомянутым
епитрахили из митрополи-
чьего захоронения Киевской
Софии и пелене с Распятием
из ГИМа.
Н. А. Маясова не ставит
под сомнение возможность
принадлежности поручей
преп. Варлааму Хутынско-
му. В. Г. Пуцко высказывает
предположение о принадлеж-
ности их новгородскому ар-
хиепископу Антонию (в миру
Добрыне Ядрейковичу), т. к.
подобные драгоценные поручи более соответствуют
характеру епископского облачения. Антоний (хутын-
ский постриженник) занимал Новгородскую кафедру
в 1210–1220, затем в 1226–1229 гг. Уйдя на покой,
он жил в Хутынском монастыре, где и скончался в
1232 году. «После него должны были остаться какие-
то вещи из архиерейского обихода, и это могли быть,
в частности, рассматриваемые поручи»95 (подобная
история произошла с Хутынским служебником, при-
надлежавшим Антонию, но впоследствии приписан-
ным преп. Варлааму. На этом основании В. Г. Пуцко
предлагает более позднюю датировку поручей — пер-
вой четвертью XIII в.
31. Поруч из Хутынского монастыря. Деталь
41 Е. Ю. Катасонова. Золотное шитье домонгольской Руси
Интересным памятником орнаментального шитья
XII в. является кайма фелони из Антониева монасты-
ря, так называемой ризы Антония Римлянина (рис. 22,
33)96. На ней изображены чередующиеся овалы и
круги с вышитыми в них парными изображениями
фантастических зверей по сторонам стилизованного
древа. Технически эта вышивка частично отличается от
тех, о которых речь шла выше. Шитье выполнено по
фону из зеленой и синей камки пряденым золотом «на
проем», по настилу из льняных нитей. За счет настила
шитье приобрело рельеф. Детали выполнены шелком.
Изначальное назначение этой вышивки нам не извест-
но. Кайма разрезана на две части: ее верхняя половина
пришита к подолу фелони спереди, нижняя — сзади.
Сама фелонь, сшитая из светлой камки с оплечьем из
золотного бархата, имеет древний колоколообразный
покрой и впервые упоминается в Описи Новгородского
Спасо-Хутынского монастыря 1642 г.
Еще А. Н. Свирин отмечал сходство изображений
этой вышивки с рисунком византийской шелковой
ткани, хранящейся в Лодонском Кенсингтонском
музее (рис. 34). «Полное сходство орнамента каймы
и шитого узора убеждает в том, что вышивальщицы
использовали узоры тканей для орнаментальных ком-
позиций»97. В свою очередь, в византийский текстиль
мотив расположенных симметрично по сторонам
священного древа пар фантастических животных или
птиц проник из сасанидского искусства.
Последними предметами в ряду известных памят-
ников шитья X–XIII вв. являются два недавно из-
данных Н. А. Маясовой сударя из коллекции Музеев
Московского Кремля (рис. 35–36)98. Происхождение
их не установлено, они были приобретены музеем
в 1925 г. у коллекционера С. П. Тюлина как стороны
хоругви. Но их размеры и состав изображений позво-
ляют считать их самыми ранними из сохранившихся
покровцами на чашу и дискос. На первом сударе в
центральном круглом медальоне изображена поясная
фигура Спаса Вседержителя, в угловых медальонах
меньшего размера — три (четвертый утрачен) пояс-
ных изображения апостолов, между ними херувимы.
В настоящее время Спаситель и апостолы представ-
лены фронтально, херувимы, окружающие медальон
со Спасителем, обращены головами к центру. Второй
покровец имеет сходную композицию: в центральном
медальоне, окруженном херувимами,— Богоматерь
«Воплощение», по углам — евангелисты.
32. Кайма «ризы Антония Римлянина». XII в.
33. Деталь каймы «ризы Антония Римлянина» 34. Византийская шелковая ткань из Кенсингтонского музея
Лекции по истории шитья 42
сти рук), сочетание изображений Спаса Вседержителя
и Богоматери Знамения (в варианте «Воплощение»),
архаичность и некоторая примитивность изображений
с условно обозначенными чертами ликов, встречающи-
еся в искусстве Новгорода XIII в., техника шитья…
позволяют считать судари выполненными в Новгороде
ранее XIV в. В Описи Оружейной палаты произ-
ведения датированы XI–XII вв. и сделана приписка:
«новгородское шитье»99.
Заключение
Небольшое количество и не всегда хорошая со-
хранность памятников не позволяют воссоздать
картину развития древнерусского шитья в X–XIII
столетиях. Опираясь на данные археологических ис-
точников, мы можем сделать лишь следующие пред-
варительные выводы:
1. Все материалы, использовавшиеся в вышивке,
были привозными (как шелковые ткани фона, так и
сами золотные, серебряные и шелковые нити), соот-
ветственно, стоимость их была довольно высока. Тем
не менее, золотным шитьем украшались не только
облачения феодальной знати, но и некоторые части
праздничной одежды (воротники, края рукавов, очелья
и головные уборы) городского и сельского населения
Древней Руси.
2. Основной техникой, применяемой в золот-
ном шитье, была вышивка «на проем». На рубеже
XII–XIII вв. она сменяется более простым и удобным
способом шитья «в прикреп». Контуры золотной
вышивки часто дополнительно обводятся шелковой
нитью швами «вперед иголку» или стебельчатым.
Л. И. Погодин считает прототипом техники золот-
ного шитья «в прикреп» древний восточный способ
вышивки накладным шнуром («шнурочную вязь»).
На древнем Востоке известны ковры, узоры которых
вышиты таким способом. Относительно позднее по-
явление шитья золотными нитями «в прикреп» он
связывает с устойчивой многовековой традицией вы-
шивки простыми нитями «на проем»100.
В то же время М. Дрегер, немецкий исследо-
ватель средневекового золотного шитья, объяснял
употребление техники шитья «на проем» в Древней
Руси тесными родственными связями членов велико-
княжеской семьи с правителями Западной и Северной
Европы: жена Ярослава Мудрого Индигерда была
дочерью норвежского короля Олафа, их сыновья были
женаты на представительницах немецкой феодальной
знати. Он утверждает, что для всех северных стран
характерна техника шитья «на проем», тогда как
южные, в том числе и Византия, употребляли шитье
«в прикреп»101.
К сожалению, вопрос о связях, возможных вза-
имных влияниях и заимствованиях между западноев-
ропейским и древнерусским шитьем данного периода
не изучен в достаточной мере. Так же обстоит дело и
с русско-восточными связями. Предметы золотного
шитья обнаружены и в курганных захоронениях пле-
мен, кочевавших вдоль юго-восточных границ Руси:
печенегов, половцев. Русские княжества находились
35–36. Два сударя XIII в.
В местах утрат шитья виден первоначальный фон
— малиновая тафта. Сейчас фоном служит древний
крупнозернистый холст с остатками тафты песочного
цвета. Личное шито некрученым шелком песочного
цвета, «в раскол», крупными стежками в одном на-
правлении. Прориси и власы — коричневым шелком.
Все доличное шито прядеными золотными нитями
«в прикреп» (швами «клопчик» и «городок» с неза-
метной прикрепой). Как нам кажется, по технике ис-
полнения эти памятники тяготеют к шитью уже более
позднего периода. От жемчужной обнизи сохранился
только настил из льняных нитей. Плохо сохранилось
и шелковое шитье, золотное имеет потертости. Во
время переделок малые медальоны поменяли местами;
кроме изображений апостола и херувима на дискосном
сударе, утрачены каймы и надписи.
«Некоторые особенности (коренастые фигуры с
круглыми головами и торчащими ушами, крупные ки-
43 Е. Ю. Катасонова. Золотное шитье домонгольской Руси
с ними в постоянном и тесном контакте (военные,
политические, родственные связи). Среди даров, ко-
торыми обменивались русские князья и представители
кочевой знати, наверняка были и драгоценные вы-
шивки. Вполне возможно, что шитые золотом одежды
могли попадать как на одну, так и на другую сторону
в качестве военной добычи.
3. Орнаменты вышивок являются характерными
для всех видов декоративного искусства рассматри-
ваемого периода и часто заимствуются с ближайших
образцов — текстиля: узорных шелковых тканей,
золотканых лент, также привозных.
Отечественные ученые советского периода очень
часто сводят суть орнамента к языческой символике.
Б. А. Рыбаков в книге «Язычество Древней Руси»102
приводит целый ряд знаков и символических изобра-
жений, связанных с аграрной магией. В этой связи
особо важным представляется вопрос о взаимовли-
яниях мотивов народной вышивки и пришедшего из
Византии золотного шитья. Анри де Моран, исследуя
ткани в ряду других видов декоративно-прикладного
искусства103, встречая мотив парных симметрично рас-
положенных животных или птиц, всегда говорит о его
сасанидском происхождении. На данный момент мы
не можем определенно утверждать, были ли языческие
представления и обереги актуальны в орнаментации
одежды в рассматриваемый период, или вышивка
воспринималась уже как красивое узорочье и имела
чисто эстетические функции.
4. Для нас важным является тот факт, что одни и
те же орнаментальные мотивы использовались как на
светских вещах, так и на предметах церковного назна-
чения. Даже лицевые изображения (явно религиозного
характера) могли украшать светскую одежду.
Итак, в X–XIII вв. на Руси золотное шитье было
широко распространено. Сохранившиеся образцы и
сейчас поражают наше воображение красотой и изыс-
канностью вышитых орнаментов, тонкостью и иску-
сностью шитья, а также удивительной гармоничностью
композиционных решений как в орнаментальном, так
и в лицевом шитье.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 Из летописей не ясно, что именно подразумевается под термином
«паволока». Видимо, первоначально он являлся общим названием
всех поступавших на Русь из Византии шелковых тканей. С те-
чением времени, по предположению М. В. Фехнер, «паволоками»
стали называть гладкие однотонные материи, составлявшие
основную массу импортного шелка, тогда как полихромная
узорная ткань стала называться аксамитом (Фехнер М. В. Изделия
шелкоткацких мастерских Византии в Древней Руси // Советская
археология. 1977. № 3. С. 140).
2 Новицька М. О. Гаптування в Киiвськiй Русi (За материалами
розкопок на територii УРСР) // Археологiя, т. XVIII, 1965. С. 25.
3 Цит. по: Новицька М. О. Гаптування в Киiвськiй Русi (За
материалами розкопок на територii УРСР) // Археологiя, т. XVIII,
1965. С. 25–26.
4 Кондаков Н. П. О научных задачах истории древнерусского
искусства. СПб., 1899, с. 91; цит. по: Новицька М. О. Гаптування в
Киiвськiй Русi (За материалами розкопок на територii УРСР) //
Археологiя, т. XVIII, 1965. С. 26.
5 Одобеско А. И. Воздух с вышитым изображением Положения
Спасителя во гроб // Древности. ТМАО. Т. 4. Вып. 1. 1874. С. 7.
6 Татищев В. И. История Российская с самых древнейших времен.
Кн. III. СПб, 1774, с. 329.
7 ПСРЛ. Т. 1. М., 1962. Стб. 458 (цит. по: Пуцко В. Г. Памятники
русского прикладного искусства XV–XVII веков в Ростовском
музее // Музеj прменьене уметности. Зборник 24-25. Београд,
1980/1981. С. 52).
8 Цит. по: Новицкая М. А. Золотная вышивка Киевской Руси
// Byzantinoslavica XXXIII. Prague, 1972. С. 42; Новицька М. О.
Гаптування в Киiвськiй Русi (За материалами розкопок на
територii УРСР) // Археологiя, т. XVIII, 1965. С. 26.
9 ПСРЛ, т.1, вып. 3. СПб., 1843. С. 445.
10 ПСРЛ, т.1, вып. 3. СПб., 1843, с. 147, цит. по: Новицкая М. А.
Золотная вышивка Киевской Руси // Byzantinoslavica XXXIII.
Prague, 1972. С. 43.
11 Цит. по: Новицкая М. А. Золотная вышивка Киевской Руси //
Byzantinoslavica XXXIII. Prague, 1972. С. 42.
12 О соборной церкви Успения Богородицы, построенной и
украшенной Андреем Боголюбским в 1158 году, летописец гово-
рит: «Лета 6666 христолюбивый князь Андрей уподобися царю
Соломону и доспе в Володимире церковь камену соборную святыя
Богородицы, пречудну вельми, и всеми различными виды украси ю
от злата и серебра, и пять верхов ее позолоти, двери же церковные
трои золотом устрои, каменьем дорогим и жемчугом украси
ю многоценным и всякими узорочьи удиви ю, и всеми виды и
устроеньем подобна бысть удивлению Соломонови святая святых»
(цит. по: Любавский М. Лекции по древней русской истории до
конца XVI века. СПб., 2002, с. 216–217).
13 Цит. по: Новицкая М. А. Золотная вышивка Киевской Руси //
Byzantinoslavica XXXIII. Prague, 1972. С. 43.
14 Георгиевский В. Т. Древнерусское шитье в ризнице Троице-
Сергиевой лавры. «Светильник», 1914, № 11–12. С. 4.
15 Воронин Н. Н. Владимир, Боголюбово, Суздаль, Юрьев-Польской.
М., 1965. С. 47.
16 Памятники литературы Древней Руси. XIII в. С. 132.
17 Любавский М. Лекции по древней русской истории до конца XVI
века. СПб., 2002, с.240.
18 Каргалов В. В. Внешнеполитические факторы развития феодаль-
ной Руси. М., 1968. С. 171.
19 Московский летописный свод конца XV века // ПСРЛ, т. 25.
М.-Л., 1949. С. 153.
20 Лазарев В. Н. Искусство средневековой Руси и Запад // XIII
междунар. конгресс истор. наук, М., 1970. С. 29–31.
21 Лазарев В. Н. Групповой портрет семейства Ярослава // Русская
Лекции по истории шитья 44
средневековая живопись. М., 1970. С. 27–54.
22 Цит. по: Новицъка М. О. Гаптування в Киiвськiй Русi (За мате-
риалами розкопок на територii УРСР) // Археологiя, т. XVIII,
1965. С. 28.
23 Новицька М. О. Гаптування в Киiвськiй Русi (За матерiалами
розкопок на територii УРСР) // Археологiя, т. XVIII, 1965. С. 24.
24 Новицька М. О. Гаптування в Киiвськiй Русi (За матерiалами
розкопок на територii УРСР) // Археологiя, т. XVIII, 1965. С. 27.
25 Фехнер М. В. Золотное шитье Древней Руси // ПКНО, 1978.
Л., 1979. С. 402.
26 Фехнер М. В. Шелковые ткани как источник для изучения
экономических связей Древней Руси // История культуры
Восточной Европы по археолгическим данным. М., 1971. С. 215.
27 Новицкая М. А. Золотная вышивка Киевской Руси // Byzantinoslavica
XXXIII, Prague, 1972. С. 44.
28 Фехнер М. В. Золотное шитье Древней Руси // ПКНО, 1978.
Л., 1979. С. 403;
29 Evans J. Style in Ornament. London, 1950. P. 3.
30 Орлова М. А. Орнамент в монументальной жи


Создан 17 ноя 2006



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником